5 заблуждений, которые мешают понимать историю и современность

Краткую версию статьи можно послушать. Если вам так удобнее, включайте подкаст.
Конечно, исторические события во многом повлияли на становление нынешних наций и государств. Однако считать равными народы и страны прошлого и настоящего некорректно. Например, сегодняшняя Монголия — это не то же самое, что Монгольская империя, а современная Франция не государство древних франков.
О преемственности сложно говорить хотя бы потому, что население многих древних государств нередко очень сложно было назвать единым. Людей, формально живущих в одной стране, могло вообще ничего не связывать: ни национальность, ни религия, ни язык. Даже общей власти часто не было.
В той же средневековой Франции уживались католики и протестанты: одни считали главойцерквипапу римского, другие — короля. Бретонцы с кельтскими корнями соседствовали с провансальцами, обычаи которых не были похожи на французские. Наконец, на той же территории обитали не только королевские подданные, но и вассалы бургундского герцога или нормандского графа, которые признавали над собой власть только этих могущественных феодалов.
Это пёстрое одеяло из владений, земель и епископств сложно связать с современной единой Францией, территория которой окончательносложиласьлишь в XX веке. Нынешние французы даже не смогли бы понять язык своих предков.
То же самое можно сказать о греках, немцах и любых других народах. Они менялись и развивались на протяжении всего исторического процесса и продолжают это делать.
Кажется, чтопобедасулит одни привилегии: помогает присоединить территории, возвыситься на международной арене или заполучить новые ресурсы. Но есть немало примеров, когда триумф оборачивался катастрофой.
В 216 году нашей эры римский император Каракалларешилнапасть на разобщённую внутренними распрями Парфию — царство на территории Ближнего Востока. Поначалу завоевательный поход был очень успешным: римляне захватили обширные территории. Император разрешал солдатам грабить, жечь и убивать в своё удовольствие. Оскорблённые парфяне такое поведение не оценили. Они объединились и в следующем году наголову разбили противников при Нисибисе.Римупришлось выплачивать огромную контрибуцию и возвращать все отбитые у парфян территории.
Ещё одно подтверждение — война Сасанидского Ирана с Византией в 602–628 годах нашей эры. Победили в ней византийцы, но обе державынанеслидруг другу катастрофический урон, от которого уже не смогли оправиться. В итоге спустя всего несколько десятилетий арабское вторжение положило конец 400‑летнему правлению династии Сасанидов в Иране и практически уничтожило местную религию — зороастризм. Византийцы смогли отстоять независимость, но только под стенами своей столицы Константинополя. И потеряли большую часть территорий.
Более близкий к современности пример — Италия вПервой мировой войне. Как и все страны‑участницы, она понесла огромные людские и экономические потери, но почти ничего не получила после победы. Территориальные приобретения в сравнении с другими европейскими державами‑победительницамибылине очень значительными. Не удалось итальянцам и выбить себе зарубежные колонии.
Эти предпосылки способствовали становлению и укреплению в стране фашистского режима Бенито Муссолини. Будущий диктатор умело сыграл на недовольстве жителей Италии итогами войны.
Разберём это утверждение на примере Средневековья. Человек тех времён вполне мог верить в существование ведьм и допускал, что из железа может получиться золото. Он увлекалсястраннымикосметическими процедурами и не сомневался в вещах, которые мы теперь считаем заблуждениями.
Дело в том, что такие представления о мире соответствовали уровню знаний на тот момент. Передавать информацию было не так легко, как сейчас. Образование можно было получить в монастырях. Но лишь немногие монахи были действительно грамотными людьми и хоть что‑то понимали в науках.
Университеты тогда тоже уже существовали: к концу XV века по всей Европенасчитывалось86 заведений. В самых крупных обучались тысячи студентов, но в большинстве их было всего по нескольку сотен, а то и десятков человек. Причем только мужчин. Образовательный процесс осложнялся ещё и тем, что до XVI века книгипереписывалисьвручную.
Однако те немногие образованные люди, что всё же встречались, были не такими уж тёмными. Например, из текстовдревних греков, написанных ещё за три столетия до нашей эры, они могли почерпнуть гипотезы, которые подтвердила современная наука. Например, что всё в миресостоитиз атомов, а Земля имеет форму шара.
Дремучими же предки кажутся лишь на контрасте с современными людьми. Но ведь и мы далеко не всё знаем о мире, а порой демонстрируем примеры вполне средневековогоневежествавроде веры в теории заговоров или экстрасенсов. Вполне вероятно, что наши потомки будут искренне этому удивляться.
Да, историю часто фальсифицируют и трактуют по‑разному. Но установить достоверность большинства событий всё же реально. Например, несмотря на попытки средневековых летописцев обелить князей, которым они служили, и очернить их противников, у нас ещё естьвозможностьузнать правду.
Для этого приходится исследовать дополнительные источники информации, сравнивать описания событий у разных авторов, искать археологические доказательства.
Долгое время историки не верили в существование Трои и считали её легендой. В конце 1860‑х годов Генрих Шлиман провёл раскопки и нашёл древний город. Теперь мы точно знаем, что Троянская война — этоисторический факт.
То же самое и с эпохами, более близкими к нам по времени. Исследователи обращаются к рассекреченным архивам, находят свидетельства очевидцев и участников, а также другие следы минувших событий. Так они закрывают «белые пятна» в прошлом.
Переписывается ли история? Да. Не только потому, что учёным удаётся получить новые сведения, но и изкорыстныхпобуждений. Однако труд честных исследователей всё равно помогает отыскать истину. Поэтому говорить о том, что вся история — это сплошныефальсификации, нельзя.
Чтобы не запутаться в огромном множестве событий, нужно структурировать прошлое. Один из самых простых способов — хронологический — заключается в том, чтобы расставить всё случившееся по времени. На этом основана, например, периодизация эпох: доисторический этап, Древний мир, Средневековье, Новое и Новейшее время.
Может показаться, что они чётко очерчивают границы истории, стадии прогресса. В доисторическое время нет развитой культуры. В эпохуДревнего миралюди начинают использовать металлические орудия, существует рабство. В Средние века рабство сменяется феодальной системой и так далее.
Но такое рассмотрение всё слишком упрощает.
Да, при переходе от Античности к Средневековью сменился преобладающий тип хозяйства: от рабовладения к крепостничеству. Вот толькодлилсяэтот «скачок», по разным оценкам, до 300 лет: с III по VI век нашей эры. Даже учитывая это, чётких рамок поздней Античности и раннего Средневековья найти не получится. Где‑то изменения наступали быстрее, где‑то медленнее.
Использовать такую периодизацию в отношении неевропейской истории вообще не получится: прогресс в разных частях света шёл по‑разному. Например, племенамайяпочти не знали металлов и не использовали колёса. Но их культуру с развитой письменностью, архитектурой и астрономией никак нельзя отнести к доисторическому уровню. Поэтому границы исторических эпох — это лишь условность.